Новости -> Как француз чуть не стал даугавпилчанином

Как француз чуть не стал даугавпилчанином

08.01.2010 16:16


Три века назад во Франции жил-был знаменитый поэт, писатель и критик Теофиль Готье. Забавно, но классик мировой поэзии в 1866-м году чуть было не поселился в маленьком захолустном городишке под названием… Динабург. А дело было так…

Три века назад во Франции жил-был знаменитый поэт, писатель и критик Теофиль Готье. Забавно, но классик мировой поэзии в 1866-м году чуть было не поселился в маленьком захолустном городишке под названием… Динабург. А дело было так…Теофиль очень любил путешествовать. И не просто так – он делал подробнейшие путевые заметки, на основе которых писал книги, посвященные местам, нравам и характерам жителей тех мест, где ступала его нога. Очерки были полны и изумительных описаний природы, и искренних впечатлений. Так у Готье родились две примечательные книги о его путешествиях в Россию («Voyage en Russie» 1867 года и «Trésors d’art de la Russie» 1860-1863 годов).
А благодаря тому, что наш город Даугавпилс имеет удивительное географическое положение и лежит на границе Европы и великой России, путь-дорожка любопытного француза лежала через наш славный городишко. Честно сказать, настроение у путника тогда, весной середины 19-го века, было скверное. Он хотел есть и наверняка продрог (все происходило в мартовскую распутицу), и вообще тяготы долгого пути доведут кого угодно. Наш город, тогдашний Динабург, Теофиля Готье не впечатлил. Общий вид городка он обрисовал так: тусклый вечерний свет, топкие, грязные улицы. темные неприветливые дома не обещали хлебосольности и радушия. В общем, Готье пребывал в прескверном настроении. К тому же дело отягчалось тем, что писатель был зверски голоден.
Динабургская харчевня
Конечно, Готье и его спутник стали искать, где бы подкрепиться. Натолкнулись на харчевню. Но тут вышел конфуз: попытка поужинать оказалась неудачной. Француз просто свирепел на глазах! Город, в те времена населенный по большей части польскими евреями, был, по его мнению, нагло негостеприимен. Впрочем, тут автор путается с описанием. Поначалу утверждает, что дело было в воскресный вечер. А потом сетует, что поесть в харчевне было нечего от того, что евреи строго блюли субботу и ничего не готовили. К тому же скептическое и даже злое отношение Готье к евреям объясняется очень просто: налицо банальная ревность обманутого отца. Как раз в 1866 году Готье поссорился с женихом своей дочери Жюдит, поэтом Катюлем Мендесом, который был евреем по отцу. Совершеннолетняя Жюдит настояла на своем и вышла замуж за Мендеса, к большому неудовольствию отца.
Итак, вернемся в динабургскую харчевню, какой ее увидел Готье: «Мы вошли, несмотря на отталкивающий тошнотворный запах этого заведения, где в спертом воздухе еле горела, потрескивая, закопченная лампа. Зал был полон евреев странного вида — в длинных, как сутаны, лапсердаках, узких в груди и засаленных до блеска. их цвет когда-то мог быть хоть черным, хоть фиолетовым, хоть каштановым, хоть оливковым, но ныне они являли собой оттенок, который мы бы назвали «ярко-грязным». У некоторых из этих евреев, особенно молодых, волосы были расчесаны спереди на пробор, а за ушами свисали длинные пряди, завитые колечком, — кокетство, контрастировавшее с их отталкивающей неопрятностью. Это был уже не красавец-еврей Востока, наследник патриархов, сохраняющий свое библейское благородство, но польский еврей, живущий в грязи, занимаясь всякой сомнительной торговлей или низменными промыслами. Однако же при таком освещении их худые лица, хитро бегающие глаза, раздвоенные рыбьим хвостом бороды, желтоватый цвет кожи с оттенком копченой селедки напоминали картины и офорты Рембрандта». Да уж, картина не веселая. Впечатления не благостные...
Библейский цветок
Но тут случилось нечто чудесное и почти невозможное: перед угрюмым путешественником материализовалась прекрасная еврейская девушка, с какой-то странноватой, но, однако, съедобной лепешкой. Теофиль Готье съел лепешку, подобрел и… влюбился в незнакомку. «…Еврейская девушка изумительной красоты, словно Ревекка из «Айвенго» или Рашель из «Еврейки», настоящее солнце, засиявшее в сумраке этой темной комнаты, словно макрокосм алхимика. То был чистейший тип расы, какой только можно было себе представить, – настоящий библейский цветок».
Девушка, видно, в самом деле была настолько красива, что великий француз размечтался не на шутку на ней… жениться. Об этом поползновении говорится, главным образом, в черновой редакции текста: «Стремительно, словно молния, у нас промелькнула мысль не продолжать свой путь, поселиться в Динабурге, добиться любви этой прекрасной девушки и жениться на ней, а потом увезти ее во Францию – разве это было бы таким уж безумием?».
Но этому безумию не суждено было сбыться. Готье наелся, отдохнул и был таков. Однако впечатления были столь яркими и эмоциональными, что забыть такое Теофиль не мог и красочно описал их в своей книге, посвященной путешествию в Россию. Так о нашем городе узнали его соотечественники-французы и другие народы просвещенной Европы 19-го века. Да, такой мрачноватый портретик получился... Но девушки здесь красивые! Тоже неплохо.
Русские Иисусы
Хочется рассказать еще вот о чем: насколько доброжелательно описывает Готье в своей книге славян, как хорошо к ним относится – его оценки их внешности практически всегда положительны. Например, русских мужиков француз неоднократно сравнивает с лицом Христа на европейских картинах: «…это был мужчина двадцати восьми или тридцати лет, с длинными волосами, разделенными прямым пробором, со светлой, слегка курчавой бородой, как художники изображают Иисуса Христа…» Или вот: «...волосы и борода у него расчесаны на прямой пробор, как у Иисуса Христа». Вот вам и русский мужик!
Кстати, одни и те же черты писатель находит в России как у простых мужиков, так и у императора Александра II. Правда, у последнего – с забавным оксюмороном: «выражение его лица – величественная и мягкая твердость» (une fermeté majestueuse et douce). Вообще, говоря о выражении лиц русских людей, Готье настойчиво повторяет – то по отдельности, то вместе – два эпитета: doux («мягкий», «кроткий») и intelligent («умный»).
Русские женщины из простонародья на взгляд Готье «не очень красивы, но вид имеют печальный и кроткий». И в другом описании: «Женщины были не очень красивы, но в безобразии их кротко-смиренных лиц не было ничего неприятного». Выехав же из России весной 1859 года, Готье отмечает резкую перемену в облике людей: «Вместо рассеянно-задумчивого и мягкого выражения русских – натянутость, методичность и важничанье немцев: совсем другая раса…». Что ж, как говорится, каждому свое.

Наша справка
Теофиль Готье (1811-1872), знаменитый французский литератор романтической школы. Родился 31 августа 1811-го года в Тарбе, образование получил в Париже. Признанный апостол «искусства для искусства». Соратник Виктора Гюго. Вершиной его поэтического мастерства стал сборник «Эмали и камеи» (1852), переведенный в 1914-м году на русский язык выдающимся поэтом Николаем Гумилевым. Умер Теофиль Готье в парижском пригороде Нейи 23 октября 1872-го года.


Источник: http://www.pribaltnews.ru/rus/novosti/n999362

 

Добавить комментарий

Ваше имя:

Комментарий





© 2011 rtmm.lv